Стихи‎ > ‎

2007 год

Имя

Имя твое небесно,

Загадочно, бесподобно,

И никакая песня

Воспеть его неспособна.

 

Все остальное – проза,

Ненужное говоренье,

И только оно, как грёза,

Негаснущее свеченье.

 

Благословенны люди,

Слова сложившие эти,

Красивей уже не будет

Имен на нашей планете.

 

«Анна Кумани» – мука,

Теплом пьянящая зимы,

Созвездие этих звуков,

Как счастье, невыразимо.

16 января 2007

Солдаты любви

Мы заполняем пустоты

Наших любимых,

Словно мы ищем что-то

В этих долинах.

 

В этих пещерах

Гостеприимно-влажных

Вся наша вера,

Это – удел отважных.

 

Что же мы ищем страстно

В жарких каньонах:

Образ мечты прекрасной,

Радостей новых?

 

Знаем, что не найдем

Ни того, ни другого.

Всё же туда идем

Мы снова и снова.

 

Всё же спускаемся

В нашей любви колодцы.

Кто возвращается,

Кто навек остается.

 

Что мы искали когда-то,

Уже неважно.

Просто любви солдаты –

Это отважно.

25 января 2007

Только ты

          Жене Наташе посвящается

Только ты – моя любимая,

Моя ласковая песня.

Ты меня волной незримою

Омываешь с высоты.

 

И любовь непобедимая

Между нами звонче лейся,

Чтоб была всегда счастливою

И светящеюся ты.

 

Ты одна – мое сокровище,

Больше ничего не надо.

Вместе мы – желать чего еще?

Мы и святы, и грешны.

 

Ты – моей любови поприще,

Моя нежная награда,

Никаких разлук чудовища

Нам с тобою не страшны.

 

Только ты – мое везение,

Мое искреннее слово.

Вдохновение весеннее

И осенние мечты.

 

Ты одна – мое спасение,

Нет спасения другого,

И души моей прозрение,

И надежда – только ты.

29 января 2007

Москва. Не Он.

Можно кухню сделать желтой.

Можно яркую рекламу

Вставить в каждое оконце,

Ею солнце заменив.

(У меня один приятель –

Он как раз реклам создатель,

Ими город весь наполнил

И сбежал в лесной массив.)

А реклама та упряма:

Бьёт в глаза и в серце прямо,

Не смущается ни грамма,

Мой приятель-то – мастак.

В этом Риме нефтегаза

Правит яркая проказа

И разит неоном разум,

И горит не просто так..

И неоновые трубки

Льют неоновые струйки:

В этой нефте- душегубке

Прочно властвует не Он.

Нет, не Он там снова правит,

Но теперь рекламой манит,

И народ не унывает,

И бежит со всех сторон.

Но не Он, не Он наверно,

Спросу радуясь безмерно,

Это яркое инферно

В ваши окна засадил.

Это даже интересно.

Даже батюшка, известно,

Если в долю взяли честно,

Ту рекламу освятил.

Кто же это вас наставил,

Чтоб не Он над вами правил?

Чтоб заглядывал вам в окна,

В ваши спальни и умы?

Знаю, в городе знакомом

И НеОном освещенном

Можно жизнь влачить безбедно

И безропотно, увы!

Вы, друзья, не обижайтесь.

Я люблю вас, так и знайте!

Я с щемящею тоскою

Приезжаю в гости к вам.

А на желтой кухне – солнце.

И пока оно смеется

Всё ж надежда остается

Средь НеОновых реклам.

18 февраля 2007

Поэт и цветок

жене Наташе посвящается

У поэта был цветок,

Очень ласковый цветочек.

Он его любил, как мог,

Поливал водою строчек,

 

Обнимал и целовал,

Рифмой наряжал красивой,

А под утро засыпал

Утомленный и счастливый.

 

Счастлив был поэт цветком,

И когда тот распускался,

То пред каждым лепестком

Он стоял и любовался.

 

И не знал ни бед, ни дел,

Ни болезней, ни сомненья:

Он душою молодел

Перед чудом сотворенья.

24 февраля 2007

Вечная загадка

Женщина. Роженица.

Вечная загадка.

Мир трещит и кренится,

Существуя шатко.

 

Женщина тревожится

Средь любви пелёнок.

Маленькая рожица

Закричит спросонок.

 

И к груди потянется

Ротик понемногу.

Женщина расслабится,

Позабыв тревогу.

 

И любовь засветится,

И польётся сладко...

Женщина. Роженица.

Вечная загадка.

24 февраля 2007

Моя мечта

Моя мечта – оставить всех в покое,

И чтобы все оставили меня,

Но лишь во сне привидится такое

И растворится к пробужденью дня.

 

Нет, этот мир не склонен, к сожаленью,

В покое всех оставить хоть на час.

Совсем в другом идея сотворенья:

Чтоб он менялся, изменяя нас.

 

Но до идеи мне немного дела,

Мне б до строки спокойно дотянуть.

Ах, как невероятно надоела

Мне жизни ускользающая суть!

 

Меняется весь мир ежеминутно,

Раскрученный каким-то чудаком –

Вот потому я ёжусь неуютно

И чувствую себя здесь чужаком. 

27 февраля 2007

Апология кошек

Я когда-то писал про кошку,

Что люблю де больше собак.

Но, подумав потом немножко,

Я решил, что это не так.

 

Наша кошка – особый случай:

На руках у жены моей

Лапку вытянет и певуче

Замурлыкает что-то ей.

 

В шею мордочкой как уткнется

И зажмурит звездочки глаз,

Между ними любовь польется,

Заструится она тотчас.

 

Может даже куснуть за щеку

От избытка эмоций и ласк.

Ну какая собака, ей-богу,

Может так одурманить нас?

27 февраля 2007

Знакомым

Я словам-невидимкам наперерез

Под колеса кинусь, словно под поезд,

Только миг один – и уже исчез

Непонятный мир, как плохая повесть.

 

Нет его и всё. Есть лишь неба синь,

И уже не вспомнить быльё былое.

Получаешь столько, хоть не просил,

И любви, и радости, и покоя.

 

И все время светишься средь светил,

Излучаешь без устали свет, ликуя.

Видно, много во мне нераскрытых сил,

Раз я солнца светлей разливаю струи.

 

Но когда придет светлоокий бес,

Встанет в горле моем вдохновенья комом,

С благодарностью вырву себя с небес

И раздам по кусочкам своим знакомым.

1 марта 2007

Апокалипсис

         Нам, моющим посуду, посвящается

 

Шар накренился набок

И треснул пополам.

И сделался он жарок,

И жуток, как бедлам.

 

И вопль кругом, и скрежет,

И стон со всех сторон,

Один другого режет,

Другого режет он.

 

Все горы с грохотаньем

Вдруг сгрудились в одну,

Равнины с клокотаньем

Отправились ко дну.

 

Моря слились в пустыни,

Залили города,

И от людей отныне

Не стало и следа.


          * * *

То день последний был

По приговору свыше.

А я посуду мыл

И ничего не слышал.

1 марта 2007

Из прошлой жизни

Вот эллином как просто было жить:

Там – боги, люди – здесь, и все на месте.

А в этой жизни ногу сломит черт,

Никак не разобрать, где боги.

 

Иль, помнится, – комедию смотреть

Пойдешь в театр, тебе еще и платят.

А тут идешь комедию ломать –

И платишь сам в итоге.


Возляжешь там с друзьями за столом,

Вкусишь вина, и нету мысли грешной.

А здесь: что ешь, что пьешь –

Во всем одни пороки.

 

Домой, бывало, после игр придешь –

Рабыня тебе ноги омывает.

Теперь же: ни рабынь, ни мытых ног –

Одни счета и сроки.

8 февраля 2007

Два поэта у колодца

Ю. Колкеру

Ах, как хорош воды студеной дар!

Напиться лишь никак не удается.

Один черпает – на губах нектар,

Другой черпает – горечь остается,

Хоть оба пьют из одного колодца.

 

Один твердит: «На свете нет Творца».

Другому от Творца никак не скрыться.

Но оба себе выбрали скворца,

И оба любят вдумчивые лица.

Ах, боже, как же хочется напиться!

 

Один считает – будущего нет,

Другой живет в грядущем через меру.

Пусть возраст между ними – двадцать лет,

Но оба возвращаются к Гомеру,

Чтоб воду брать лишь по его примеру.

 

Один считает, что цветок незряч,

Другой – что это чудо сотворенья.

Но оба средь побед и неудач,

Сквозь горькие преграды и сомненья

Черпают из колодца вдохновенья.

 

Прекрасна эта сладкая напасть,

Вода бежит по жилам жизни соком.

Есть две опасности: одна – на дно упасть

И захлебнуться в счастии глубоком,

Другая – плюнуть ненароком.

5 марта 2007

Двенадцать подвигов Геракла

Геракл служил у Эврисфея,

Трусливого царя Микен.

Могучей силою своею

Не мог сравниться он ни с кем.

 

Двенадцать подвигов великих

Свершил на этой службе он,

И был возвышен до Олимпа,

Введен в богов бессмертный сонм.

Немейский Лев

В лесах Немеи грозный лев

Свирепствовал, и, все живое

В округе погубить успев,

Он людям не давал покоя.

 

Геракл, в леса его вступив,

Нашел пещеру на два входа,

Один камнями завалив,

Стал зверя ожидать прихода.

 

Вот видит льва, и три стрелы

Он в зверя посылает разом,

Но не вонзаются они,

От шкуры отлетают наземь.

 

Рассвирепев от этих стрел,

К герою прыгнул зверь ретивый,

Но палицу Геракл успел

На грозную обрушить гриву.

 

И, сбитый с ног гроза лесов,

В руках неимоверной мощи

Уж задохнулся от оков,

Спустился в царство вечной ночи.

 

Итак, Немейский лев убит.

Взвалив на плечи вес трофея,

Геракл в Микены с ним спешит

Предстать пред очи Эврисфея.

 

Увидев же размеры льва,

Геракла силы небывалой

Царь испугался не шутя,

И приказал, чтоб не вступал он

 

В пределы царственных Микен.

Так, благодарности взамен,

Силач подальше удален

От города, где царь и трон.

 

Походный плащ Геракл себе

Соорудил из шкуры львиной,

Своей воинственной судьбе

Придал он вид непобедимый.

27 марта 2006

Лернейская гидра

И вот ссылает Эврисфей

Геракла уж за новой славой –

Чтоб с гидрой встретился скорей,

С змеёй герой девятиглавой.

 

Та гидра жуткая была

Тифоном рождена с Ехидной,

В пещере у болот жила,

Стада сжирая ненасытно.

 

Вот к Лерне наш герой пришел,

Позвав в подмогу Иолая.

К пещере гидры подошел,

И начал, стрелы накаляя,

 

Пускать их в логово. И злой

Оттуда монстр выползает,

На хвост гигантский свой встает

И на Геракла нападает.

 

Но Зевса сын и сам не прост:

На тело гада наступая,

Ногой придавливает хвост,

К земле надежно пригвождая.

 

Вкруг ног тут гидра обвилась

Чешуйчатым хвостом змеиным,

Геракла повалить стремясь.

Герой горой неколебимой

 

Стоял и палицей своей

Сшибал ей головы драконьи.

Но был живуч лернейский змей:

В нем крылась тайна преисподни.

 

Сюрприз Гераклу был готов,

И он погиб бы непременно:

Из девяти её голов

Одна глава была бессмертна.

 

И силы, видно, неравны,

И палица уже устала –

На месте сбитой головы

У гидры пара вырастала.

 

К тому же из болота рак

Гигантский выполз на подмогу,

Клешней могучей, как пират,

Вцепился он герою в ногу.

 

Геракл на помощь тут зовет

Из ближней рощи Иолая,

И тот немедленно идет,

И рака сразу убивая,

 

Огнем он гидре шеи жгет,

Чтоб головы не вырастали.

Геракл палицей взмахнет,

И так они вдвоем достали

 

До головы бессмертной той.

Вот взмах пследний, роковой –

И гидра тут же омертвела,

Своё Геракл исполнил дело.

 

Потом вспорол он ей живот,

Стрел обмакнул там наконечник:

Теперь не выживет никто

От ядовитых стрел, конечно.

 

Геракл тогда еще не знал,

Что он судьбу свою писал,

И что от этого же яда

И сам погибнет он когда-то.


Поглубже в землю закопал он

Ее бессмертную главу,

Чтоб гидра впредь не оживала,

И взгромоздил поверх скалу.

4 марта 2007

Летнее время

                 Наташе Левитиной

Пришла весна. На час перевели

Повсюду время – верная примета.

И вместо сна прибавили любви

И больше света.

 

Всего на час подвинулся рассвет

В моем углу крутящегося шара,

Но мне как раз мерещится отсвет

Любви пожара.

 

И в этом вещем отблеске огня,

Встающем диском золотого слитка,

Сияньем блещет завтрашнего дня

Твоя улыбка.

12 марта 2007

Физик-спаситель

Посвящается А. Е. Левитину

Есть ангел, говорят, у нас,

И каждый день, и каждый час

Он наш хранитель.

 

Но средь людей он тоже есть,

Вот у меня хранитель – тесть,

Он мой спаситель.

 

Пусть не поэт и не пророк,

Но знает технику, как бог,

Точней – как физик.

 

Починит он любой предмет,

Будь то машина, иль браслет,

Иль башня в Пизе.

 

Он любит жить в глуши лесной

Где все на вкус исправит свой,

Где дело – мера.

 

Строитель он и землекоп,

Любая вещь в руках поёт

У инженера.

 

И в век технических чудес

Ему дивится старый лес –

Что за феномен?

 

Отшельник – а друзей полно,

И круг общения давно

Уж стал огромен.

 

Но физик лирике не чужд,

И средь несметных дел и нужд

Он любит барда.

 

А то и с томиком стихов

Он перед сном засесть готов

У канделябра.

 

Но если все же время есть,

Не сядет лишний раз поесть

Дежурный бутер.

 

И, женщин отослав своих,

Он мой записывает стих

На свой компьютер.

5 марта 2007

Безглагольное

Эти строки надежно падежные,

Разглагольствованья безглагольные,

Как просторы песен безбрежные,

Как застолья наши раздольные.

 

И болезни у нас прилагательны,

А с годами все утвердительны,

И залоги наши страдательны,

А желания изъявительны.

 

Отношения наши сложные,

Наши слоги порой сослагательны,

Предложения наши предложные

Вопросительны и восклицательны.

 

Иногда мы слишком винительны,

Оскорбительны и невнимательны,

Хорошо еще, что родительны,

Потому что тогда мы – дательны.

 

Но сегодня мы все именительны,

И нам ясно почти осязательно:

Наши души всегда существительны,

И это, друзья, замечательно!

25 апреля 2007

Разговор со звездой

– Скажи мне, кто ты такая?

Ты смотришь так на меня...

 

– Звезда я твоя, звезда я,

И я в тебя влюблена.

 

– Хочу я с тобой остаться,

Но ты ведь так молода...

 

– Мне лет миллионов двадцать,

Останься, но навсегда.

 

– Навсегда! А не слишком?

В вечность меня зовешь?

 

– В вечность, глупый мальчишка

Все остальное – ложь.

 

– Глупым мальчишкой давно уж

Не называл никто...

 

– Не спрячешь себя, не скроешь,

Годами или пальто.

 

– Я, знаешь, любить не умею,

Во мне и печаль, и боль...

 

– Мы это все отогреем,

Исправим, ты лишь позволь.

 

– Ты кружишься в легком танце,

Что мне понять не дано...

 

– Останься со мной, останься,

Люблю я тебя давно.

29 апреля 2007

Бездна

Я мнил: всё вдохновение – от Бога.

                                    Отнюдь!

Порою Музы уведет дорога
                                    В такую муть!

В такую безысходность сладострастья,

                                    В такой притон,

 

Где с жадностью хватают за запястья

                                    Со всех сторон.

 

Как вырваться из гибельных соитий,

                                    Как не пропасть?

 

И бездны обольстительных открытий

                                    Избегнуть пасть?

 

Там сладостных полно соблазнов,

                                    Но суть одна:

 

Падение однообразно,

                                    И нету дна.

 

31 мая 2007

Что удалось

В чем смысл подвига Христа...

Мысль одинока, ночь густа,

И манит беспредельность тьмы

В страдалища своей тюрьмы.

 

Вот Он пришел, прошел, погиб,

И так немного удалось:

В нас тот же в темноту прогиб,

И та же злость.

 

И давит, давит жизни гнёт,

И гонит, гонит смерти страх,

И нет надежды на полёт

В людских сердцах.

 

Но это – здесь. А что же там,

В кругах пугающей дали?

Там виден Свет, там строен Храм

Его Любви.

 

А прежде, в древние года,

Земных по истеченьи лет

Не мог бы смертный никогда

Увидеть Свет.

 

И, как легенда говорит,

Богам – Олимп, где свет всегда,

А смертным вечностью Аид

Грозил тогда.

 

Но Он сумел сломить засов,

И чувствуем сквозь страх и грех,

Что виден Свет, что слышен зов

Для нас для всех.

 

Да, Он погиб, пройдя окрест,

И, кажется, что удалось?

Но светит в поднебесье крест,

И к Свету сердце вознеслось.

7 июня 2007

Чукоккала

Уж, верно, много лет назад тому

Пошли мы в театр с сыном и женой,

Спектакль детский показать ему.

Там вышел странный эпизод со мной.

 

Спектакль был «Чукоккала». И вот

В начале голос автора вещал

О том, что здесь сейчас произойдет,

И в сказку за собою приглашал.

 

Ряд кукол перед нами проходил:

Больших, огромных, метра, может, в два.

Вот бегемот, и слон, и крокодил

Приветствовали публику сперва.

 

Во мне вдруг будто что-то поднялось:

Вдруг к горлу подступил горячий ком,

Из глаз тотчас же что-то полилось,

Соленое и чистое притом.

 

Сдержаться я не мог, не удалось

Уже с собой поделать ничего:

И стыдно было мне за море слез,

И радостно, и больно от него.

 

Как будто бы волной Добра пробрал

Меня спектакль с головы до ног,

Я лишь украдкой слезы вытирал

И впитывал загадочный восторг.

 

Как будто очищения поток

Смыл весь надуманный ненужный слой,

Я слез своих остановить не мог

И стал опять на время сам собой.

 

Такой вот необычный в те года

Со мною приключился эпизод.

А помню: не хотелось мне тогда

Идти в театр на спектакль тот.

11 июня 2007

Родителям

Как мы похожи на родителей,

На детства нашего хранителей,

И зеркала всё убедительней

Стремятся нам напоминать,

 

Что мы характером и внешностью,

Минутной яростью и нежностью

С неутомимой неизбежностью

Все повторяемся опять.

 

Как мы похожи на родителей,

И дальше чем, тем поразительней,

Да это и не удивительно,

Ведь в нас заложен этот род.

 

Но отчего-то удивляемся

И даже, может быть, стесняемся,

И про себя мы улыбаемся

Среди ответственных забот.

 

Как мы похожи на родителей,

Сражений прошлых победителей,

И хоть победы утомительны,

Но оставляют яркий след.

 

И мы есть след побед блистательных

Или ошибок обязательных,

Души движений замечательных

Запоминающихся лет.

 

Как мы похожи на родителей,

На наших горестей целителей,

На наших вечных утешителей

И врачевателей всех ран.

 

Так не забудем их достоинства,

Любви родительское воинство,

Что никогда не успокоится,

Пока не будет счастья нам.

 

Как мы похожи на родителей,

А годы мчатся все стремительней,

И их стремительность мучительно

Мы наблюдаем в зеркалах.

 

И мы, похожие и разные,

Простим друг другу фразы праздные

И будем ближе в дни ненастные

И осторожнее в словах.

12 июня 2007

Рай

Я верю только в Рай,
А в Aд никак не верю,
И не хочу смотреть
На дантовы круги.

Уже заметен край,
Но даже в пасти Зверя
Сумею я пропеть
О Свете и Любви.

Теперь меня не тронь,
Пусть в пропасти иль в пасти
Со мною Свет везде,
Его не потушить.

Негаснущий огонь,
Как подоплёка счастья,
Сияет в темноте,
И можно дальше жить.

И вот чудесный сон:
Нисходит превращенье,
И даже слово «тьма» –
Как тысячи свечей,

Замедлен ход времен,
Даровано прощенье,
Разрушена тюрьма,
Нет войн и палачей.

И появился смысл,
И оказался Светом,
И просветленный сад
Родился, словно Май,

И победила мысль,
Как побеждает лето.
Ну как мне верить в Aд?
Я верю только в Рай!

9 июля 2007 

Свадебный романс

Цыплят по осени считают,

Считают в сентябре невест,

И женихов не забывают,

И свадьбы празднуют окрест.

 

И фраков важное движенье,

И платьев белый снегопад,

И листьев головокруженье –

Как счастья нашего парад.

 

И наши судьбы нам послушны,

Мы улыбаемся не зря,

К грядущему великодушны,

Как эти свадьбы сентября.

 

И всё опять свежо и ново,

Как будто новый мир начат,

И гости вдохновенно снова

Нам «Горько!» сладкое кричат.

 

Ах, что за милое занятье

Считать по осени цыплят,

Какие нежные объятья

Нам платья белые сулят.

6 августа 2007

В долине любви

Он встретил её,

Негаданно встретил.

Он встретил её,

Весенний цветок.

 

Смущенье своё

Он сразу заметил

И счастье своё

Почувствовать смог.

 

В долине любви

Они целовались,

В долине любви,

Где вечно весна.

 

И там навсегда

Те двое остались,

Где длились года

Чудесного сна.

 

Браки заключаются

На небесах,

Двое вдруг влюбляются

По весне.

 

Люди убеждаются

В чудесах,

Наяву встречаются,

Как во сне.

26 августа 2007

«Одноклассники»

                Посвящается друзьям на сайте odnoklassniki.ru

В «Одноклассниках» на сайте

Про друзей своих узнайте,

Фотографию подвесьте,

Чтобы быть со всеми вместе.

 

Столько лет прошло, и странно

Видеть снова ваши лица,

Разбросало нас по странам,

Континентам и столицам.

 

Может, раньше было лучше,

Было больше дней погожих?

Раньше тоже были тучи,

Просто были мы моложе.

 

Просто были мы глупее,

И здоровье было крепче,

А теперь мы поумнели,

Но от этого не легче.

 

В «Одноклассниках» на сайте

Вы судьбу свою листайте.

И друзей своих зовите

Делать новые открытья.

 

Меж собою здесь все ровня,

Мир един и интересен,

И читал я где-то, помню –

Он на удивленье тесен.

 

Может, раньше было лучше,

Больше радости в начале?

Вроде, раньше были тучи,

Но мы их не замечали.

 

Мы тогда ведь не умели

Годы взваливать на плечи,

Мы, наверно, поумнели,

Но от этого не легче.

 

В «Одноклассниках» на сайте

Вы друг друга не бросайте.

Напишите, как живется,

Как вам счастье удается.

 

И меня спросить спешите,

Как живется мне далече.

Обязательно пишите.

Обязательно отвечу.

13 ноября 2007

Жучок

Спеши, перебирай ногами,

Скорей беги, жучок, беги!

Мы, хоть и кажемся богами,

На самом деле – дураки.

 

И ты бежишь ни сном ни духом

Со всей поспешностью жука

И лишь уловишь краем уха,

Как опускается нога.

 

Но не со зла и не по плану

Прервал я бега скорый шаг,

В твою жучковую нирвану

Тебя впустил я просто так.

 

Я сам спешил: лицо в усмешке,

Смысл жизни призрачен и пуст,

И даже не заметил в спешке

Последний твой прощальный хруст.

8 декабря 2007