Стихи‎ > ‎

1997 год

Переулок

 

В переулке Глубоком,

Словно спрятанном кем-то,

Ты была одинокой,

Как московское лето.

И смеялась краснея

Ты в компании дружной,

Просто очень хотелось

Быть кому-нибудь нужной.

Просто очень хотелось,

Оставаясь собою,

Быть любимой и верной

И, конечно, женою.

Просто очень хотелось

Миновать эту участь:

Умирать то и дело,

Счастья поиском мучась.

В переулке Глубоком,

По-московски дождливом,

Ожидания срокам

Велся счет терпеливо,

Но удача – случайна,

И, порой ненароком,

Слезы капали тайно

В переулке Глубоком.

Сколько в жизни случится

И потерь, и находок,

Пусть мистерия длится

И спектакль будет долог.

Знаю: летом далеким

Ты была не напрасно

В переулке Глубоком

По-московски прекрасна.

 

2 декабря 1997

 

Осени

 

Млела утренняя мгла

Утомленной пленницей,

Я любимой изменял

С осенью-волшебницей.

Взмыли мы под облака

От забот обыденных

И открылось мне тогда

То, что всем не видимо.

Обдала меня она

Тишиной незримою,

Глубиною завлекла

Невообразимою.

В обнаженности ветвей

Руки запрокинула,

Целомудрием дождей

Страсти чисто вымыла.

Остудила на ветру

Листопадным пламенем,

Думал, что совсем умру,
А она не сжалилась,

Снегом тающим полей

Разметала волосы –

Стали мы едины с ней

И душой, и помыслом...

Так, на серой кромке дня,

Там, где небо кренится,

Я любимой изменял

С осенью-волшебницей.

 

8 декабря 1997

 

Совет

 

Оставьте троны – королям,

Паяцам – маски,

Топор и плаху – палачам,

Блудницам – ласки.

 

Возьмите солнца сон

И пробужденье,

И колокольный звон

Предупрежденья.

 

Возьмите вод реки

Прохладный трепет

И уст младенческих

Неясный лепет.

 

И леса строгий аромат

Себе возьмите,

И пусть никто не виноват,

Вы всё простите:

 

Простите славу – королям,

Паяцам – смелость,

Боль униженья – палачам,

Блудницам – прелесть.

 

15 декабря 1997

 

Будущее

 

Мне сердца робкий стук

Из чрева у любимой

Услышать довелось,

Едва ли различим,

И было хорошо

Что так неоспоримо

И безотчётно он уже любим.

 

И, кажется, судьба

Ничуть не изменилась,

И жить не стало вдруг

Скучней иль веселей,

Но только навсегда

Во мне запечатлилась

Любимая и Будущее в ней.

 

И счастлива она.

Светящейся Мадонной

Непознанных забот

Оглядывает круг,

И где-то там, внутри

Её утробы тёплой,

Уж раздаётся Будущего звук.

 

Мне сердца робкий стук

Из чрева у любимой

Услышать довелось,

Пусть чётко не вполне,

Но было странно так

И так необъяснимо

Приятно слышать Будущее мне.

 

18 декабря 1997

   

Обет молчания

 

Молчания обет -

Мечта давнишних дней…

От всех земных сует

Меж прочих воздержаний

Словесное, пожалуй, всех сильней.

 

Недаром средь грехов

И пагубных затей

Игра блудливых слов -

Одна из самых страшных.

Она уж тем опасна, что неважной

Казаться может большинству людей.

 

И скажут мне:

– Ну что за преступленье – слова?

Да дело не в словах!

А в их обильи пошлом, душном,

Пустопорожнем и ненужном.

Их множество и пустота –

Вот что нас сводит всех с ума!

 

Великий граф Толстой

Не зря судьбы итог

Пророчески чертой

Молчанья озаглавил:

Так неуёмный творчества поток,

Увидя в нём порок, он обезглавил.

 

Да и не он один.

Великие умы

В молчании седин

Искали утешенья,

Бежав словообилья, как чумы.

 

И в пекле злом пустынь,

Молчаньем победив

Неверный зов гордынь

И искушений силы,

В молчаньи лишь Иисус остался жив.

 

Молчания обет

Когда-то, отрешён,

Приму и будет бред

Ужасный пустословья

Не страшен более, а лишь смешон.

 

21 декабря 1997

 

Между Раем и Адом

 

Между Раем и Адом

Грань прозрачна едва,

Слёзы катятся градом

На земные дела.

 

Красотой притвориться

Хочет скользкое Зло,

Но прекрасным явиться

Может только Добро.

 

Этой истине чистой

Нам внимать нелегко,

Путь неблизкий и мглистый

К ней ведёт высоко.

 

И во мгле заблудиться

Сладко так иногда,

На мгновенье забыться,

А пропасть - навсегда.

 

Но ошибок отрада

Не сулит торжества:

Между Раем и Адом

Грань прозрачна едва.

 

24 декабря 1997

 

Письма

 

Пусть будут письма долгими, как ночь

И краткими стихи, как зимний день,

Что сон сумел едва лишь превозмочь,

Уж снова засыпать ему не лень.

Пусть будут письма долгими, как ночь.

 

Пусть будут письма долгими, как дождь

И многословными, как птичий гам

Той осени, в которой вдруг найдёшь

Страдание со счастьем пополам.

Пусть будут письма долгими, как дождь.

 

Пусть будут письма долгими, как жизнь,

Глубокими, как снег прошедших лет,

Где ожиданья, всё-таки, сбылись,

А сожалений – не было и нет.

Пусть будут письма долгими, как жизнь.

 

Пусть будут письма долгими, как век

И откровенными, как краткий стих,

Чтоб, их читая, что-то человек

Припоминал из радостей былых.

Пусть будут письма долгими, как век.

 

26 декабря 1997

 

Страница и перо

 

Согревшись в пелене снегов,

Зима медлительная длится,

И дышит ожиданьем слов

Ещё наивная страница.

 

Она лежит, едва жива,

Не в силах побороть волненье

И жаждет жаркого пера

Горячее прикосновенье.

 

Перо приблизилось, и вот

Готова строчек вереница,

Крылатый совершив полёт,

На плоть невинную излиться.

 

Отчёт уж отдавать с трудом

Себе бедняжка в состояньи

И лишь раскается потом

В теперь свершившемся деяньи…

 

Вот так, оставив горький след

В судьбе неопытности юной,

Иным страницам много бед

Готовит пыл пера безумный.

 

И будет в пелене снегов

Зима медлительная длиться,

И ожиданьем новых слов

Дышать наивная страница.

 

29 декабря 1997

 

Песнь о том, как молодец поэтом сделался

 

Как гулял один добрый молодец,

Просто так гулял, без занятия.

А навстречу вдруг – красна девица,

Красна девица станом видная

На плечах несла вёдры полныя,

Вёдры полныя со водицею,

Со водицею со студёною.

Говорит тогда добрый молодец:

– Ой ты цвет-душа, красна девица,

А вкусна ль водица студёная?

А сладки ль твои губки алыя?

Не раздумалась красна девица,

Опустила тут полны вёдрышки,

Размахнулася коромыслышком

Да заехала добру молодцу,

Добру молодцу прямо по уху,

Прямо по уху да по левому.

С ног долой пошёл добрый молодец

На сыру землю весь без памяти,

Весь без памяти, ухо синее,

Ухо синее, всё распухшее.

Ну а цвет-душа красна девица

Подняла свои полны вёдрышки,

Полны вёдрышки, словно пёрышки,

И пошла себе по дороженьке

Будто ничего не случилося.

Как пришёл в себя добрый молодец,

Приподнял-то свою головушку,

И услышал он голос ласковый,

Голос ласковый говорил ему:

– Мне сладкое смешали с кислым,

По уху двинув коромыслом…

Так и стал с тех пор добрый молодец

Слышать голос тот, голос ласковый,

Стал он песни петь, песни славныя,

Да честной народ ими радовать.

Воспевал он в них красну девицу,

Что на счастие повстречалася

Станом видная, с коромыслышком.

Ну а ухо что? Ухо зажило,

Ведь что главное – голос ласковый,

Голос ласковый, песни славныя.

 

30 декабря 1997

 

Кончились дожди

 

Послушай: кончились дожди,

Не станут впредь из-за порока

Плохим подобием Потопа

Господни нас смущать пути.

 

Послушай: кончились дожди,

Угрюмость пасмурной погоды

Выходит прочь из обихода,

Не хмуры больше наши дни.

 

Послушай: кончились дожди,

Рассвет лица уже не прячет,

А это, несомненно, значит,

Что серость неба позади.

 

Послушай: кончились дожди,

И закружился праздник солнца,

И всё дождливое потомство

Его приветствует лучи.

 

Послушай: кончились дожди,

А с ними – старые обиды,

Что в прошлом были знамениты,

Но так бесславны впереди.

 

31 декабря 1997